Беседа
17 августа
Марина Жукова:

«Мы не можем точно назвать цифровое значение IQ ребенка, который проходит тестирование на русском языке»

Марина Жукова, клинический психолог, кандидат психологических наук, научный сотрудник факультета психологии СПбГУ, исследователь в Университете Хьюстона (США) и старший научный сотрудник НТУ «Сириус», рассказала фонду «Выход» о том, как измеряется сегодня уровень интеллекта в России и какие особенности есть у тестирования детей с РАС

— Кому и когда вообще пришла в голову мысль измерять уровень интеллекта и зачем это было сделано? 

— Первую шкалу для оценки интеллекта детей разработали в 1905 во Франции психолог Альфред Бине и психиатр Теодор Симон. В стране тогда ввели обязательное школьное образование, и оценивать интеллект было нужно, чтобы определить образовательный потенциал каждого ребенка, а также выявить детей, которые отстают от сверстников в развитии и требуют дополнительной поддержки. Тест содержал в себе 30 заданий на память, внимание, мышление и способность к логическому рассуждению.

Принципы шкалы Бине — Симона до сих пор лежат в основе всех современных тестов интеллекта: одна тестовая батарея состоит из различных заданий на оценку умственных способностей, результаты выполнения которых объединяются в общий коэффициент интеллекта (IQ).

— Чем тесты интеллекта похожи друг на друга? 

— Тесты проверяют логическое мышление, скорость обработки информации, память и пространственное мышление. Они позволяют получить данные и об общем развитии интеллекта, и о развитии отдельных способностей.

Как я уже сказала, в основе всех тестов интеллекта лежат общие принципы. Умственные способности поделены на несколько категорий (например, вербальные и невербальные), которые можно объединить в один фактор. Этот фактор (то есть коэффициент умственного развития) представлен в виде стандартных баллов, где среднее значение равно 100, а стандартное отклонение — 15. Стандартное отклонение — это показатель, который демонстрирует наиболее распространенный разброс величин от среднего значения. Таким образом, получается, что 68% людей имеют интеллект в диапазоне от 85 до 115. Такая унификация облегчает интерпретацию результатов тестирования, даже если специалист, который читает заключение, не знаком с конкретным тестом.

Еще один базовый принцип заключается в том, что тесты на интеллект стандартизованы. Это значит, что тестовые материалы, инструкция и количество времени, которое выделяется на их выполнение, одинаковы для всех и должны проводиться строго по стандарту.

Следующий принцип всех хороших тестов — нормирование. Для определения норм авторы тестов собирают большую выборку, которая будет максимально разнообразной с точки зрения географии проживания, этнических, половых и возрастных особенностей входящих в нее участников. Затем эти данные обрабатываются, задания внутри тестов для людей со сходными параметрами выстраиваются в порядке возрастания сложности, а часть заданий исключается (например, если с ними не справился никто или если они, наоборот, оказались слишком простыми для всех). Для каждого языка и культурного контекста есть свои нормы, поэтому если мы собираемся использовать тест в новой стране, он обязательно должен пройти процедуру нормирования. Например, использование в России норм, полученных на американской выборке, не будет давать достоверной картины умственного развития участника тестирования из России.

Итак, вычисление коэффициента IQ происходит с помощью стандартизованных и нормированных тестов, которые позволяют сравнить показатели интеллекта отдельного человека с большой группой его сверстников и оценить, насколько они близки к возрастным ожиданиям.

У ребенка 8 и 16 лет может быть один и тот же показатель IQ, но это не значит, что у них одинаковые умственные способности. IQ всегда определяется по сравнению с возрастной группой, в которой находится человек.

Есть много теорий интеллекта. На протяжении истории, с развитием статистических методов обработки данных, все время появлялись новые. Есть, например, общая теория интеллекта (которая предполагает, что умственное развитие может быть объяснено единым фактором g), или теория Терстоуна (в рамках которой выделено семь различных умственных способностей), или теория Кэттелла (в которой интеллект делится на флюидный, способный решать новые задачи, и кристаллизованный, который определяется знанием фактов) и т.д.

Больше всего сторонников в среде специалистов сегодня у теории Кэттелла — Хорна — Кэрролла. Она содержит в себе идеи общих и специальных умственных способностей, которые объясняются единым фактором интеллекта. Принцип выявления частных и общих факторов интеллекта и объединения их в показатель IQ лежит в основе всех современных тестов на интеллект.

— Почему ученые согласились с тем, что тесты дают достоверные представления о том, каким уровнем интеллекта обладает человек? 

— Понятие достоверности теста обычно включает в себя его надежность (то есть устойчивость к погрешностям измерения) и валидность (то есть пригодность для измерения той или иной величины). Достоверность определяется с помощью ряда критериев. Например, если два теста действительно измеряют одно и то же, то показатели IQ в одном тесте должны быть связаны с такими же показателями в другом. Показатель IQ должен предсказывать важные для жизни в обществе способности — например, решение задач или запоминание большого объема информации. Они связаны с академической и профессиональной успешностью человека, которая подтверждается в ходе обучения и работы, поэтому ученые считают, что тесты обладают необходимой достоверностью.

На мой взгляд, также очень важно, как люди интерпретируют информацию об уровне интеллекта.

Ни один тест не имеет стопроцентной надежности. Это связано с погрешностью измерений и индивидуальными факторами: волнением, усталостью, предыдущим опытом решения сходных задач. Эта погрешность тестов интеллекта отражается в клинических заключениях после их прохождения.

— Почему сегодня не принято использовать термин «умственная отсталость»?

— Термин «умственная отсталость» устарел. Он встречался в предыдущей версии Диагностического и статистического руководства по психическим расстройствам 4-го пересмотра (DSM-IV). Но в 5-м пересмотре этого руководства (DSM-5) термина «умственная отсталость» уже нет. Он был заменен на «интеллектуальные нарушения». Более того, англоязычный аналог термина «умственная отсталость» — mental retardation — сейчас считается недопустимым и стигматизирующим. Так дело обстоит в США и еще ряде стран, в которых используют DSM. В России же используется Международная классификация болезней 10-го пересмотра (МКБ-10), где термин «умственная отсталость» до сих пор присутствует. В следующем пересмотре классификации, МКБ-11, который должен быть принят в России с 2022 года, его уже нет. Надеюсь, постепенно он исчезнет и из употребления практиками.

— Какие тесты интеллекта считаются золотым стандартом в мире и почему? Есть ли они в России?

— Золотым стандартом сегодня считаются тесты Векслера. Они имеют отличные психометрические показатели (то есть они надежны и проверены на большой выборке) и рассчитаны на разный возраст: от 2 до 90 лет.

Для детей от 6 до 16 лет используется 5-я версия теста Векслера. Появление новых версий тестов (не только Векслера) обусловлено тем, что у ученых накапливается новая информация, а также тем, что нам нужно быть уверенными в том, что стимульный материал соответствует реалиям современной жизни.

Тест Векслера нельзя проходить несколько раз в течение небольшого промежутка времени, иначе это может вызвать эффект тренировки и исказить результаты. Поэтому при необходимости проведения повторного теста используются его альтернативы: тестовую батарею KABC-II (Kaufman Assessment Battery for Children), Woodcock Johnson Tests of Cognitive Abilities и другие. Кроме того, большим уважением в среде исследователей пользуется культурно-свободный тест интеллекта CFIT, который можно проводить в группах.

К сожалению, ни один из тестов, относящихся к золотому стандарту, до сих пор не был нормирован на российской выборке, поэтому мы не можем сколько-нибудь точно назвать цифровое значение IQ ни для одного для ребенка, который проходит тестирование на русском языке.

— А почему тест, которым пользуются для детей в США, нельзя использовать для детей в России?

— Чтобы тест можно было использовать в России, нужно не только перевести его на русский язык. Нужно также сделать обратный перевод на английский, чтобы удостовериться, что перевод на русский был сделан корректно. А затем необходимо собрать большую репрезентативную выборку участников, в которую будут выходить разные подгруппы населения, важные для исследования, и получить российские нормы. Другими словами, нужно понять, как тест работает в конкретном культурном и языковом поле. Задания, с которыми дети в США справляются быстро и легко, могут оказаться очень сложными для детей в России. Чаще всего это касается вербальных тестов на осведомленность: то есть незнание фактов Гражданской войны или личности Мартина Лютера Кинга-младшего — это надежные факторы, предсказывающие уровень осведомленности американских школьников. Но аналогичные вопросы для российских детей совершенно неприменимы. А ведь уровень IQ показывает интеллектуальные способности человека по сравнению со своими сверстниками. Поэтому прежде чем применять американский тест в России мы должны быть уверены, что большинство людей одного возраста знают о людях или явлениях, которые упоминаются в нем. Другими словами, сверстники должны быть носителями того же языка и культуры, иначе сравнение является некорректным.

При адаптации тестов для каждой страны/языка вопросы не просто переводят — их делают культурно специфичными, то есть соответствующими определенной культуре, в которой предполагается использовать тест.

Чем заменять вопросы, не соответствующие культурному контексту, исследователи решают на основе данных пилотного исследования или опроса фокус-групп (еще до того, как начать собирать нормы).

— Есть ли специальные тесты для измерения уровня интеллекта у детей с РАС?

— Специальных тестов для детей с РАС нет — так же, как нет специальных тестов для измерения интеллекта у конькобежцев, брюнетов или левшей. Интеллект — это общее понятие. В случае, если у ребенка с РАС серьезные коммуникативные нарушения и/или отсутствует речь, исследователи и клиницисты часто используют тесты невербального интеллекта, например UNIT 2 (Universal Nonverbal Intelligence Test), Leiter International Performance Scale или отдельные шкалы теста Векслера. Также с детьми с РАС часто используют шкалы оценки раннего развития Маллен (Mullen Scales of Early Learning), так как этот инструмент рассчитан на оценку широкого диапазона познавательных способностей, начиная с рождения.


Наиболее часто применяемые в мире тесты интеллекта:

  • Wechsler Preschool and Primary Scale of Intelligence — Fourth Edition (WPPSI–IV; Wechsler, 2012) — Тест Д. Векслера для исследования интеллекта у детей дошкольного и младшего школьного возраста, четвертое издание
  • Wechsler Intelligence Scale for Children — Fifth Edition (WISC-V; Wechsler, 2014) — Тест Д. Векслера для исследования интеллекта детей, пятая версия
  • Wechsler Adult Intelligence Scale — Fourth Edition (WAIS-IV; Wechsler, 2008) — Тест Д. Векслера для исследования интеллекта взрослых, четвертое издание
  • Stanford-Binet Intelligence Scales, Fifth Edition (SB5; Royd, 2003a, 2003b) — Шкалы интеллекта Стэнфорд-Бине, пятое издание
  • Kaufman Adolescent and Adult Intelligence Test (KAIT; Kaufman & Kaufman, 1993) — Тест интеллекта Кауфманов для подростков и взрослых
  • Kaufman Assessment Battery for Children — Second Edition Normative Update (KABC-II NU; Kaufman & Kaufman, 2018) — Батарея тестов интеллекта Кауфманов для детей, второе издание
  • Kaufman Brief Intelligence Test — Second Edition (KBIT-2; Kaufman & Kaufman, 2004) — Краткий тест интеллекта Кауфманов, второе издание
  • Mullen Scales of Early Learning (MSEL; Mullen, 1995) — Малленовские шкалы раннего развития
  • Differential Ability Scales — Second Edition (DAS-II; Elliott, 2007) — Шкалы дифференциальных способностей, второе издание
  • Woodcock-Johnson IV Tests of Cognitive Abilities (WJ IV COG); Schrank, McGrew, Mather & Woodcock, 2014) — Тесты когнитивных способностей Вудкока-Джонсона, четвертое издание
  • Cognitive Assessment System, Second Edition (CAS2; Naglieri, Das, & Goldstein, 2014) — Система когнитивной оценки, второе изнание
  • Universal Nonverbal Intelligence Test, Second Edition (UNIT2; Moore, McCallum & Bracken, 2017) — Универсальный тест на невербальный интеллект, второе издание
  • Leiter International Performance Scale, Third Edition (Leiter-3; Roid, Miller, Pomplun & Koch, 2013) — Международная шкала продуктивности Лейтера, третье издание
  • Bayley Scales of Infant and Toddler Development (Bayley-4; Bayley, Aylward, 2019) — Шкалы Бейли для оценки развития младенцев и детей ясельного возраста, четвертое издание
  • Raven’s Progressive Matrices — Clinical Edition (Raven’s 2; Raven, 2018) — Прогрессивные матрицы Равена

 

— Есть ли какие-то специфические условия для проведения тестирования на уровень интеллекта у детей с РАС? Какие?

— Как и при работе с другими детьми с особенностями развития, при тестировании клиницист должен проявлять гибкость. Здесь стоит упомянуть два очень важных понятия: адаптация и аккомодация. Адаптация предполагает изменение содержания, подсказки и прочие отступления от стандартной процедуры. Во время тестирования адаптация недопустима, так как полученный результат нельзя будет сравнить со сверстниками, потому что содержание тестирования должно быть идентичным для всех. Но при этом допускается аккомодация, то есть изменение формы тестирования. Например, клиницист может тестировать ребенка на полу, а не за столом. Вместо указательного жеста ребенок с РАС может кивать головой на указанную картинку. Специалист может переключаться между тестами, а затем возвращаться, если ребенок демонстрирует протестное поведение.

Баланс между соблюдением стандартной процедуры и гибкостью очень тонкий, поэтому тестирование детей с РАС требует от профессионала высокой клинической квалификации.

— Если ребенок долго ждал в коридоре, устал, на тестировании кричит, плачет и отказывается сотрудничать, может ли это быть причиной некорректного результата тестирования?

— Да, конечно. Все эти факторы клиницист учитывает при составлении заключения. Если ребенок не шел на контакт, был немотивирован или утомлен, то в заключении обязательно указывается, что достоверность результатов может быть ограничена функциональным состоянием ребенка. И в этом случае они должны интерпретироваться с осторожностью.

— Принято ли в мировой практике давать ребенку с РАС нейролептики в период перед тестированием? Может ли их прием повлиять на результат тестирования?

— Принято соблюдать тот же режим приема препаратов, что и всегда. То есть если в обычной жизни ребенок принимает нейролептики, тестирование интеллекта будет проводиться после их приема. Исключение составляют случаи, когда стоит задача определить статус ребенка после приема таблеток и без них. Такое обычно происходит с психостимуляторами (препаратами, которые принимают для улучшения внимания). Но нейролептики в таких ситуациях не фигурируют.

— Нужно ли родителям как-то специально готовить ребенка с РАС к тестированию?

— Для детей (и особенно — детей с РАС) важна предсказуемость. Ребенок может негативно реагировать на тестирование, так как для него это новая и непонятная ситуация. Я бы рекомендовала совершить тренировочный визит в место тестирования, чтобы познакомиться с клиницистом. Это поможет сформировать у ребенка понимание происходящего, что особенно важно, если тестирование проходит в медицинском учреждении. С учетом его возраста и уровня развития можно объяснить ребенку, что он идет к психологу и будет решать задачки. Не нужно называть психолога доктором, это может вызвать тревогу у ребенка: ведь доктора обычно проводят какие-то медицинские манипуляции. Также не стоит называть тестирование игрой, ведь на самом деле происходящее больше похоже на школьный экзамен.

Важно объяснить ребенку, что, хотя ему и нужно будет постараться выполнять задания как следует, расстраиваться, если что-то не получится, не нужно.

Задания подобраны так, что со всеми не справится никто. Некоторые из них могут показаться простыми и скучными, а некоторые — очень трудными, но стараться нужно при выполнении каждого. Психолог может давать более трудные задания, чтобы определить зону ближайшего развития ребенка, то есть выявить, что он может освоить в ближайшее время с помощью взрослых. Если задания становятся сложнее, значит, ребенок все делает правильно. Нужно также объяснить ему, что можно просить об отдыхе или перерыве. Наконец, важно, чтобы тестирование приходилось на такое время дня, когда уровень функционирования ребенка оптимален: он не должен быть сонным, уставшим и голодным.

— В чем причина того, что ребенок, который дома свободно читает книги, на тестировании отказывается назвать даже буквы? Означает ли это, что у него низкий интеллект?

— Это может говорить о том, что в тестовых условиях ребенок не чувствует себя комфортно. Он может не доверять клиницисту и испытывать тревогу в связи с тестированием. В таких случаях обычно клиническая картина составляется на основе отчета родителя и в заключении так и пишут: согласно отчету родителя, ребенок свободно читает тексты, однако тестирование было осложнено.

Во время любого тестирования исследователь проставляет в чек-листе баллы, соответствующие уровню навыков, которые ребенок демонстрирует здесь и сейчас, во время исследования. То, что он голоден, устал, испуган, расстроен, не хочет сотрудничать и т.д., никак не влияет на итоговое количество баллов. Но обстоятельства тестирования должны учитываться при составлении заключения: в нем исследователь должен написать, что состояние ребенка не было оптимальным для проведения тестирования.

— Какие выводы обычно делают по результатам этих исследований? Как вообще связаны эти результаты с тем, какая помощь нужна ребенку?

— Если ребенок отказался сотрудничать, данные исследования будут невалидными. Во всех остальных случаях, если ребенок сделал какие-то задания, ему будут проставлены баллы IQ. Далее в заключении эти баллы интерпретируются, то есть их помещают в контекст.

Задача клинициста ответить на вопрос: отражают ли результаты тестирования реальные способности и навыки ребенка. Если есть основания полагать, что проставленные баллы ниже того, что ребенок может продемонстрировать, это указывается в заключении.

У любого теста есть погрешность измерения. Клиницист может указать, что данные нужно интерпретировать с осторожностью, так как ребенок не шел на контакт и из-за этого показатели IQ, полученные в ходе тестирования, могут быть занижены. При этом, повторюсь, на количество баллов это не влияет.

С учетом того, что в России сегодня не существует норм для тестов IQ, их нельзя интерпретировать количественно — только качественно. По результатам тестирования клиницист может сделать вывод о сильных и слабых сторонах ребенка. Например, если он испытывает трудности с тестами на кратковременную память и внимание, то при построении программы помощи развитию этих способностей должно уделяться особое внимание.

— Что эти тесты дают педагогу и психологу?

— Тесты IQ дают информацию о том, как развитие ребенка соотносится со сверстниками. Психологу это знание позволяет составить программу помощи, а педагог может адаптировать образовательную программу под нужды конкретного ребенка.

— Во всех ли странах родители стараются всеми силами доказать, что у ребенка нет нарушений интеллекта, как это происходит в России?

— Сложно сказать. Все зависит от системы помощи.

Разумеется, родителям хочется, чтобы у ребенка был сохранный интеллект. При этом если нарушения есть, а родитель старается их скрыть, это негативно скажется на ребенке, так как могут быть упущены возможности для коррекционной работы.

Насколько я понимаю, в России такое желание родителей объясняется еще и тем, что ребенок с нарушениями интеллекта и диагнозом РАС лишается возможности обучения в инклюзивном классе. В этом смысле их мотивация совершенно понятна. Я думаю, такие ограничения связаны с нехваткой ресурсов образовательной системы, особенно — с нехваткой квалифицированных специалистов. Россия совсем недавно встала на путь инклюзии, поэтому остается надеяться, что в ближайшее время нарушения интеллекта перестанут быть препятствием для формирования адекватного образовательного маршрута в инклюзивной среде.

Популярные материалы фонда
o разных способах помочь фонду узнать здесь
Самые полезные исследования, лекции и интервью в рассылке каждую неделю